|
Питерская байка от 27.05.2003
Борис Михайлович Кустодиев темы для своих картин выбирал исключительно из русской жизни. На его полотнах весело разворачивались и народные гулянья, мчались тройки, пили чай дородные красавицы-купчихи. И до чего же трудно себе представить, что эти жизнелюбивые полотна написаны человеком, десять последних лет проведшим в инвалидном кресле. Каждое движение кистью требовало от художника неимоверного напряжения сил, преодоления мучительной боли. И при этом Кустодиев был всегда приветлив, элегантно одет, его небольшая бородка аккуратно подстрижена. Когда бородка начала седеть, художник ее сбрил, объяснив жене: "К нам ходит много молодежи, бывают хорошенькие барышни, меня борода старит..."
В 1922 году Кустодиев написал великолепный портрет Шаляпина - певец изображен в полный рост, в богатой барской шубе на фоне веселой ярмарки. Чтобы сделать возможным написание этого двухметрового портрета, в потолке мастерской укрепили блок, с помощью которого художник мог наклонять холст и приближать его к себе посторонней помощи. Но удалить картину настолько, чтобы можно было хорошенько проверить написанное, художнику не удавалось - не позволяли размеры комнаты. Кустодиев работал, глядя вверх, как при росписи плафонов, никогда не жаловался, и только изредка позволял себе заметить: "Ноги - что... предмет роскоши! А вот рука начинает побаливать - это обидно". Уезжая на гастроли, Шаляпин взял полюбившийся портрет с собой. Кустодиеву тоже нужно было ехать за границу, только там можно было вылечить его болезнь. Но когда художнику после бесконечных проволочек, наконец, выдали паспорт, было уже поздно. Кустодиев так и не увидел свою работу в нужном отдалении.
27.05.2003 00:00:00
|
